ERDOĞAN GEVŞEK DAVRANIRSA HEMEN DARBE YAPARLAR

Tansu Çiller’e darbe İran’la savaş ve Referandumun İslamcı hayırcıları!

“Духовный спецназ” России

Ermenistan’ın Gürcistan Cavaheti planı ikinci Dağlık Karabağ!

Армения собирает камни

Ermenistan, Rusya 11 Nisan 2016
660

Армения собирает камни
ermenieylem
ПРАГА—Итак, в Карабахе установился худой мир, который, как известно, лучше доброй ссоры. Однако эта четырехдневная война очень многое показала, в особенности для Армении. О беспомощности миротворцев, о перезагрузке армянского общества и нервной реакции Москвы, о возможности признания Арцаха и о многом другом мы поговорили с Манвелом Саркисяном, политологом, директором научных программ армянского Центра стратегических и национальных исследований.

Манвел Саркисян: Первое – это какая-то беспомощность сопредседателей Минской группы, которые, по сути, заявили, что у них никаких новых предложений нет и все те старые предложения, о которых говорилось, фактически не действуют. То есть это или целенаправленная такая позиция, или же действительно людям нечего предложить. Это первое, что крайне важно. Второе политически значимое событие, которое как-то меньше всего упоминают, но, на мой взгляд, наиболее ключевое, – это то, что мгновенно, после приостановки военных действий был фактически дипломатический ажиотаж в Баку, где встретились министры иностранных дел России, Ирана и Азербайджана, определились какие-то проекты, а потом туда прилетел премьер-министр России Медведев, что как бы не было запланировано, но прибавило значимости этому событию. Я думаю, что это событие крайне важное. То есть фактически по итогам этой войны каким-то образом определилась ориентация политики Азербайджана именно между Ираном и Россией, и такое молчаливое холодное отношение к Турции, хотя Турция фактически очень надеялась, постоянно звучали заявления о поддержке всего этого, даже настраивали Азербайджан продолжать это все, но как-то Турция вдруг оказалась в стороне. На мой взгляд, это очень важное политическое явление, которое по большому счету может определить расклад сил в поствоенный период.

Третье – это тоже очень интересная вещь – выход Сержа Саргсяна на европейскую арену, и эта известная встреча с канцлером Германии Меркель, их совместная конференция, где были сделаны достаточно серьезные заявления о том, что Россия и все формальные союзники Армении продают оружие Азербайджану, и Армения не может оказать никакого влияния на это. Соответственно, остается путь дальнейшего вооружения. Все это совершенно не случайно, притом было сказано, что любая война в Карабахе – это угроза и европейской безопасности. То есть фактически перед Европой была поставлена такая сложная ситуация, где можно увидеть намек на то, что сотрудничество евроструктур, в первую очередь НАТО с Арменией, по большому счету будет воспринято положительно со стороны Армении, вплоть до того, что, может быть, это означает предложение европейским странам восполнить этот вакуум вооружения, который сложился по вине России и членов ОДКБ. Было и России заявлено, чтобы обещанное вооружение было доставлено сюда вовремя на 200 миллионов долларов, что кажется крайне проблематичным. Я думаю, Россия не поставит это оружие, потому что новые отношения с Азербайджаном для нее настолько важны, что, скорее всего, она откажется от продажи оружия Армении. Это тоже входило в условия этих новых отношений России и Азербайджана. Теперь как там дальше будет с Турцией, вообще, в этой ситуации пока неясно. То есть Турция тоже может быть в определенном шоке, что ее единственного союзника как-то захватили в политические клещи. Но мы скоро это тоже увидим.

Катерина Прокофьева: Ереван озвучил претензии к Москве. Саргсян не первый раз говорил о поставках российского оружия в Азербайджан, но на этот раз тональность была совсем другая и претензии к партнерам из ЕАЭС и ОДКБ тоже были очень четко озвучены. Мне показалась интересной реакция российской стороны. Сначала Рогозин удалил из Facebook свой статус о том, что «Азербайджан и Армения для нас одинаковые стратегические союзники», потом, через несколько дней прозвучало заявление Медведева, мол, «будем продолжать вооружать обе стороны». Паузу все-таки он взял…

Манвел Саркисян: Это так и есть. Россия получила крупный куш. Я не знаю, почему президент Азербайджана принял такое решение. Не думаю, что, принимая такое решение, он осознавал, какие результаты могут быть, потому что все уже прекрасно видят, что право на применение оружия и вообще на такие действия очень сужено в современных войнах. Уже на второй день, взяв какие-то посты, президент Азербайджана вдруг односторонне начал заявлять, что «мы прекращаем действия». Почему? Казалось бы, если имели какой-то успех, вы должны попробовать, по крайней мере, там продолжить что-то.

Это мне очень напоминает случай со сбитым российским самолетом со стороны Турции – когда делается один шаг, а потом вдруг осознается, что происходит что-то непонятное. Я думаю, что президент Азербайджана тоже вдруг сделал этот шаг, ощутил, что вокруг этого происходит непонятное, и тут же начал интенсивно говорить об односторонней готовности и потом снова повторил. Фактически, конечно, однозначно Россия сдержала Армению от того, чтобы освободить эти посты, потому что в военном смысле это элементарная вещь. Вообще-то линия соприкосновения такова, что там мы можете взять все, что хотите, но ничего сдержать невозможно при нынешнем вооружении. Но Армению взяли за руки и не дали сделать этот шаг. Сейчас все больше и больше говорится о том, что об этом попросил президент Азербайджана.

Все эти процессы говорят о том, что в провокационности есть еще и чисто политический интерес, в котором Россия фактически оказалась в очень сложной ситуации, то есть остановить войну там очень легко, но вместе с этим берутся очень большие обязательства. Обязательства, которые явно были взяты Россией перед Азербайджаном, в данный момент настолько высокие, что вдруг это вызвало такую реакцию Армении, может быть, неожиданную для России. Россия поняла, что слишком дорого ей может стоить то, что она делает в этой ситуации. Поэтому, я думаю, там аккуратно сняли, а почему сняли? – потому что пресс-секретарь Министерства обороны Армении в ответ на заявление о вооружении Азербайджана в такой ситуации назвал это не самым худшим словом, которое можно было бы сказать, и потом аккуратно как-то это сняли.

Это неслучайные вещи, ведь одновременно произошло еще одно очень важное событие: по требованию Казахстана совещание премьеров Евразийского экономического союза было из Армении перенесено. То есть такой откровенный удар по Армении – пренебрежение со стороны России. Сегодня в Армении все обсуждения вращаются вокруг того, каково может быть участие в этом перенесенном совещании премьера Армении. Это очень жестко критикуется, и все считают, что он не должен поехать на это совещание. То есть, фактически попробовав воспользоваться этой военной ситуацией для того, чтобы решить для себя один стратегический вопрос и оттянуть Азербайджан от Турции, Россия встала перед фактом того, что фактически бессмысленными стали ее отношения с Арменией, и в Армении открыто заявили, что бессмысленно и даже очень опасно продолжать такие отношения с Россией. Все такие нервные дёргания российских чиновников свидетельствуют об этом.

Катерина Прокофьева: Изменились ли политические симпатии рядовых армян (если мы не будем говорить о политической элите) после обострения конфликта?

Манвел Саркисян: Естественно. Все откровенно считают, что это был просто плевок в лицо армян со стороны России, когда армянские силы должны были в течение дня вычистить какие-то маленькие силы Азербайджана с этих нескольких взятых постов, а Россия фактически в этот момент полностью завязала руки Армении. Очень много жестких слов говорится в адрес начальника штаба Армении, что он никакого права не имел вообще влезать в это, поехать в Москву, остановить эту войну. Даже непонятна вообще судьба этого чиновника. До такой степени, значит, ясная ситуация в стране, что оружие дается одной стороне, а другой стороне буквально завязывают руки и не дают решать свои задачи. Вот это основная проблема, которая вдруг всем обществом, всей военной элитой и вообще, может быть, частью политической элиты воспринялась. Я тоже выступил с рядом очень жестких заявлений по отношению к тем военным чиновникам и гражданским, которые пошли на этот шаг. Сейчас это идет по нарастающей.

Катерина Прокофьева: Если говорить об итогах, я была впечатлена демонстрацией сплоченности с армянской стороны. Не при каждом конфликте столько идут добровольцами на фронт и выстраиваются очереди, чтобы сдать кровь или помочь деньгами. Это тоже можно считать своеобразным итогом.

Манвел Саркисян: Это очень важный итог, он и раньше просматривался, но сейчас это проявилось на всенародном уровне, и это было замечено международным сообществом. Я считаю, что это важнейшее обстоятельство. Может быть, это тоже повлияло на решение президента Азербайджана тут же отойти назад, очень интересны его слова: «мы готовы остановить, но пусть они не двигаются, пусть сидят на месте, пусть они не пользуются». Понимаете, это его условия. Конечно, сильно влияет, когда народ поднимается и когда никто не поймет, что это все очень условно. Эти линии блиндажей, танки, которые там десятками движутся, – люди понимаю, что рушатся стереотипы. Это, так сказать, элементы войны ХХ века, в XXI веке они абсолютно не работают. Все люди прозрели, все это заметили, что если вдруг против тебя встанет такая организованная сила, то ни в чем это не помогает. То есть очень много стереотипов рушилось в эти дни – и военных, и политических.

Катерина Прокофьева: Манвел, Серж Саргсян заявлял о возможности признать Нагорно-Карабахскую Республику. Насколько это вероятно, по-вашему?

Манвел Саркисян: Этот стереотип тоже надо преодолеть. Карабах давным-давно надо было признать. Еще оппозиционер Левон Тер-Петросян в 2008 году на митинге обратился к властям, заявив, что пора признать Карабах и не увязывать это абсолютно ни с чем, потому что это важнейший политический шаг. Но все время опять какая-то дурацкая мифология, что это может помешать переговорам, привести к войне, а в итоге к войне пришли именно без признания. Был бы Карабах признан, – сформировалась бы принципиально иная политическая ситуация вокруг этого конфликта. Сейчас люди потихоньку это осознают – я это вижу и в обществе, и в политической элите.

Катерина Прокофьева

Уважаемые посетители форума “Эхо Кавказа”, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

Yorumlar