İranı ahvazda kim vurdu

İdlib anlaşmasına Amerika təhlükəsi

İranda askeri geçit törenine saldırı

İdlip Olayı Nasıl İncelenmeli -II-

Армения за две недели до выборов: чего ожидать избирателям?

Ermenistan 23 Mart 2017
429

До парламентских выборов, которые пройдут в Армении 2 апреля, осталось две недели. Предвыборный расклад уже достаточно очевиден, что позволяет подвести некоторые итоги и даже рассмотреть некоторые контуры поствыборной политической конфигурации.

1. Позиции партий перед выборами

Идеологической борьбы в полном смысле слова (к примеру, в виде разделения партий на правых, левых и центристов) не было и на этот раз, что характерно для армянских выборов. Это типично для постсоветского пространства, где практически отсутствует понятие классового представительства. Партии вступают в борьбу непосредственно перед выборами.

На этот раз это приняло совсем уж непристойный вид – вплоть до последних часов, когда еще была допущена регистрация партий и блоков, избиратели не имели полной ясности относительно того, кто же баллотируется: миноритарные партии, а также известные политики прошлого объединялись и разрывали отношения, пока не сложилась какая-то определенность.

Впрочем, с полной уверенностью можно сказать, что если бы в феврале ЦИК внезапно решил бы продлить срок регистрации, то конфигурация еще успела бы измениться.
Смотрите также

Во многом это было связано и с тем, что дата выборов вплоть до декабря 2016 года была неизвестна, а после декабря считалась ориентировочной.

Однако на этот раз некое подобие идеологических платформ и политической повестки у некоторых партий все же появилось. Предельно упрощенно это выглядит следующим образом: “Армянский национальный конгресс” обещает добиться мира, блок “Царукян” ориентируется на сельчан, блок “Оганян-Раффи-Осканян” позиционирует себя радикальной прозападной оппозицией, партии “Дашнакцутюн”, “Компартия” и “Свободные демократы” предпочитают инерционно самих себя считать брендом, а блок “Елк” предлагает имидж относительно умеренной прозападной оппозиции. “Республиканцы” в качестве бренда решили использовать несколько молодых лидеров – Карена Карапетяна, Вигена Саргсяна, Арпине Ованнисян и Тарона Маргаряна.

Интересно, что предвыборная кампания, пусть и началась поздно, идет активно: политики понимают, что на кону стоит многое. К тому же, судя по сообщениям прессы, выросла ставка предвыборной взятки – от 10 000 драмов минимум до стоимости оплаты услуг за хирургическую операцию или ремонт. Не стоит, однако, забывать, что среди избирателей, голосующих за деньги, значительную часть составляют люди, которых можно отнести к уязвимым категориям общества – одинокие пенсионеры, люди с физическими ограничениями и просто люди с низким достатком.

2. Предвыборный расклад. Кто сможет победить?

Для начала следует понимать, что никто не имеет возможности предсказать результаты этих выборов. Качество политической социологии в последнее время все больше ставится под вопрос в разных странах, в том числе и в США. Однако на постсоветском пространстве ошибки социологов могут достигать не 1,5% процентов (напомним, что в Америке они оставались в пределах стат. погрешности), а 15%, свидетельством чему являются парламентские выборы в Грузии, прошедшие полгода назад. С тех пор как вышла статья Александра Искандаряна “Выборы в Армении: технология против идеологии”, не так много изменилось. Поэтому можно лишь оценить шансы.

На поле “прозападной оппозиции” на данный момент три игрока, в том числе “Свободные демократы” (более умеренный), блок “Елк” (менее умеренный) и блок “Оганян-Раффи-Осканян” (радикальный).

Наибольшие шансы на попадание в парламент имеет блок “Елк”, который выглядит более устойчивой и молодой силой. Шансы “Свободных демократов” невелики, несмотря на то, что им необходимо преодолеть 5%-ный барьер: они до сих пор не показывали больших электоральных успехов. На поле радикального протеста блок “Оганян-Раффи-Осканян” не имеет конкурентов, однако электоральная востребованность этой повестки под вопросом – хотя бы потому, что радикально настроенная часть общества чаще всего портит бюллетени или не приходит на выборы. Задача блока – убедить их проголосовать за номер “8”, однако за две недели это сделать будет достаточно сложно.

Республиканская партия уже отошла от тяжелого потрясения июля 2016 года (вооруженная акция группировки “Сасна Црер”) и, судя по всему, больше не намерена создавать широкую коалицию; напротив, она нацелена на обеспечение максимально широкого представительства, рассчитывая в первом же туре получить необходимые 54 мандата с тем, чтобы сформировать однопартийное правительство. На мой взгляд, шансы на это не так уж велики.
Смотрите также

Блок “Царукян”, также как и РПА, будет стремиться к максимизации результата от своего финансового ресурса, поэтому РПА не будет обладать эксклюзивным правом на подкуп избирателей. По опросам (а публично известны результаты двух из них), блок “Царукян” опережает РПА, в том числе покушаясь на ее традиционную электоральную базу в Араратском марзе. Однако если не абсолютное, то относительное лидерство РПА, в общем-то, ни у кого не вызывает сомнения.

АРФ “Дашнакцутюн”, судя по всему, сможет попасть в парламент, однако будет находиться на грани прохождения барьера.

Армянский национальный конгресс (АНК) несколько осложнил свои шансы добиться успеха по трем причинам: его лидер, первый президент Армении Левон Тер-Петросян практически не принимает участия в агитационной кампании, объединение с “Народной партией” сомнительно с точки зрения получения новых голосов и, наконец, 7%-ный барьер преодолеть намного сложнее, чем 5%-ный.

Возможно, самой темной лошадкой на этих выборах будет традиционный спойлер под руководством Артура Багдасаряна – партия “Оринац Еркир” (Страна законности), которая провела ребрендинг и теперь называется “Армянским возрождением”. Эта партия также пытается обеспечить себе успех с помощью финансовых ресурсов, однако прохождение ее в парламент все же не столь вероятно.

3. День голосования и поствыборный расклад

Избирательное законодательство составлено таким образом, чтобы содействовать правящей Республиканской партии. Кроме того, оно содействует в целом крупным партиям и осложняет жизнь мелким. Это имеет свой плюс, в конце концов, 9 участников избирательного процесса лучше, чем несколько десятков, что регулярно случалось в Армении в прошлом. Однако здесь есть и минусы. Республиканская партия в любом случае получит больше мандатов в парламенте, чем голосов, благодаря законодательству, в первую очередь, потому что не все смогут преодолеть избирательный барьер, а значит будут исключены из подсчета. На этот раз разница может быть не очень большой, но традиционно она оказывалась весьма значительной.

Разочарование избирателей последствиями выборов может быть довольно большим, а новые правила не устранят всех проблем, и уровень доверия к парламенту вряд ли сильно вырастет.

Наличие четырех депутатов от национальных меньшинств в парламенте еще больше осложняет ситуацию. Во-первых, равное представительство меньшинств, из которых езидов по переписи было 40 тысяч, а курдов – 2 тысячи, создает непонятную ситуацию. Во-вторых, у них особый правовой статус, если все остальные парламентарии должны быть партийными, то четыре представителя этнических меньшинств могут партийными и не быть. Однако мало у кого останутся сомнения, каким образом они будут голосовать, укрепляя позиции правящей партии.

Схема проведения выборов почти не изменится. Эфирное время предоставлено всем партиям и распределено достаточно равномерно. В период с 5 по 13 марта РПА получила 17% всего эфирного времени, блок “Оганян-Раффи-Осканян” – 14%, блок “Царукян” – 13.5%, а миноритарная Коммунистическая партия – 6%.

Власть уже не использует медийный ресурс как средство борьбы. Правящая группа будет опираться на административный ресурс и денежное стимулирование избирателей. Это предполагает опору на уличных авторитетов на местах. Из-за этого процесс вряд ли пройдет гладко.

Беспрецедентным будет внимание со стороны Евросоюза. Будет множество наблюдателей из диаспоры, которые приедут из стран вне бывшего СССР, поэтому конфликты на участках будут неизбежны. Трансляция процесса голосования с 1500 из 2000 участков сделает выборы невероятно прозрачными.

При этом выборы вряд ли в принципе могут пройти чисто. Если они пройдут всего лишь на уровне относительно хороших выборов 2012 года, когда было зафиксировано более тысячи нарушений, то на этот раз нарушений будет зафиксировано в разы больше, возможно, до трех тысяч.

Гладко выборы пройти не могут, особенно, учитывая, что РПА теперь надеется получить большинство, а не широкую коалицию и правительство национального согласия. Для того же, чтобы выборы были признаны обществом хорошими, требуется недостижимое ныне качество их проведения. Но и тогда число нарушений в любом случае превысит тысячу.

Рейтинговая система создала путаницу: многие кандидаты агитируют за свой номер в списке, поэтому теперь на предвыборных плакатах два номера. Эта путаница будет проявляться и в процессе голосования, и в процессе подсчета.
Смотрите также

Соответственно, поствыборный процесс будет отягощаться недоверием общества и протестными акциями. Массовость акций будет зависеть от того, как много партий останется за бортом, и насколько велик будет разброс между ожидаемым партиями результатом и тем, который они в действительности получат.

РПА устроил бы результат, когда большая часть из 9-ти претендентов входит в парламент (не менее 6 партий). Однако, вряд ли можно ожидать, что процесс настолько управляем, что РПА сумеет протащить в парламент тех, кто не наберет нужных результатов. Правящая партия будет сосредоточена исключительно на добывании голосов в свою пользу, а прицельно мешать ей будет некому (хотя напряжение в отношениях с блоками “Царукян” и “Оганян-Раффи-Осканян”, вероятно, будет сохраняться). Это означает, что удачный результат, как в 2012 году, когда в парламент прошли все желаемые, не столь вероятен.

Однако, вероятность перерастания акций протеста в революционную ситуацию все же мала. Рано или поздно (скорее, рано) они стихнут и начнется раздел власти. Скорее всего, РПА создаст коалицию с “Дашнакцутюн”. Гораздо менее вероятно создание коалиции с блоком “Царукян”, хотя и этого не стоит исключать. Если же РПА получит менее 42% голосов и вместе с “Дашнакцутюн” не сумеет получить 54 мандата из 101, то, скорее всего, будет второй тур парламентских выборов. И тут ситуация станет гораздо менее предсказуемой.

Грант Микаелян, научный сотрудник Института Кавказа, специально для “Новости-Армения”

Yorumlar